(Сейчас она никто. Чтобы быть кем-то, она должна пройти тест на личность.) Бог с ними.

ай хав самсин ту сэй. Собрал эти мысли, придумал несколько красивых форм, чтобы мысли коснулись и тебя, решил включить сопровождение. Наше с тобой счастье, что этим сопровождением стали death cab, изменившие и мысли, и форму.

Мы с тобой две взаимоисключающие величины. Равные по значению, противоположные по знаку. Если у нас все получится, то наши дети придут к поколению Ноль.
Вскользь читал сейчас то, что писала jane два года назад. Я, блин, ничего из этого не помню. Я не помню ничего, что происходило с вымышленным мной, с неким jim dove; имя, которое я теперь говорю при знакомстве тем, кого вижу сквозь свою свободу. А ты не знала? Свобода - прозрачное стекло, отделяющее тебя от мира вокруг. Чтобы жить и по-настоящему наслаждаться этим, надо разбить это стекло свободы. Ощущение её присутствия, возможности её присутствия - всё что отделяет тебя от неё.
Я знаю определенной количество умных и хороших вымышленных людей. Чего тебе стоит успокоить меня, перейдя в таком же состоянии на сторону неоспоримо реальных людей? Видимо то, что тебе это уже не важно. А мне вот на секунду опять стало важно (:

На что я смотрю?

Поначалу я не знал почему так, почему мне совершенно нечего писать. А сейчас это как бы и очевидно, это - свидетельство существования факта, который был оглашён в бридже последней моей коммерческой песни. И мне остается только пожинать эти плоды, и уже ничего не хотеть ждать, а хотеть творить, уже никому не давать повода ждать, а давать повод кормить уток в озере специально купленным для этого хлебом, слушая легкие милые осенние мелодии (предположительно женский фолк), забывая о том, что было важно, и кутаясь в уюте этого высыхающего мира.
На тополя за моим окном, всё меньше листьев.

удивительные губочные особенности

как же всё-таки приятно, что мне не пришлось учиться этому, а оно само.
помню как в одиночестве поздним вечером смотрел джазовый концерт по телевизору. потом выглянул с балкона и понял, что у меня улучшилось зрение.
Sigur Ros создает в пространстве такие временные узлы, что мой вагон метро начинает двигаться быстрее.
в день, когда я слышу полностью или частично альбомы "Лошадь Белая" или "Дети Декабря", я уже не брызжу слюной никому в лицо, а нежно улыбаясь слушаю, как человек пытается выразиться - и впрямь иногда всё вменяемо. а иной раз после "Треугольника" я обыгрываю компьютер в шахматы, используя фигуры на доске как актеров театра абсурда.
вчера пять раз подряд послушал Doe Deer и кровь из носа пошла. искусство!

не тычь факом в монитор, родная, мне этот мэджик спелл необходим. будь он у тебя - это бы настораживало глупых мальчиков. а во мне он - магнит для глупых девочек. впрочем как и для неглупых. полный вперёд!

приемлимое количество времени для человека, тянущего за собой небесный корабль

Всегда здесь с одним и тем же настроением. И в сложившихся условиях такое настроение могло быть только следствием сна. Потому что мне больше неоткуда брать информацию, которая ввергнет меня в это состояние - только изнутри себя. Я выбираюсь, реабилитация, даже странно подумать... Я чертовски здоров по сравнению с.
Единственное что я не контролирую в своем сознание - это последствия, которые есть результат твоих действий, и, как же спасибо, я их не могу наблюдать. И сон. Мне вполне может присниться то самое конкретное настоящее. В снах такое странное освещение, и так странно ложатся тени. Я сегодня засыпал и точно знал - это сон. Снаружи меня мне пел песню мой любимый музыкант, мою любимую песню. И слова там закончились по-другому. Потому что я их не помнил) А еще удивительная детальность. Мелкие камешки на дороге, когда я бегу по ней, и даже поднять один из них можно, и второй: они будут разные.
А еще это всё в какой-то мере проекция или наших желаний, или наших опасений. И вот НЕ ЗНАЮ, что из этого было у меня. Я определенно избегаю того, что происходило в этом сне. С другой стороны - ни это ли то, что я по-настоящему хочу. И речь не о том, что я хотел бы раздавать листовки где написано, что открылся новый ресторан, сидя на камне, вместе со Львом Поздняковым. Точнее я бы хотел это тоже. Но куда больше (НЕ ЗНАЮ, может и гораздо меньше) я бы хотел увидеть этот взгляд из под фиолетовой маленькой шляпы, взгляд, который делает для себя открытие в твоем лице.
Взгляд самого родного человека, которого я не знаю. Пожалуйста, он всё тот же? Я не поверю, если металлоконструктивность взяла себе и его.
Вот видишь, наснилось всякого, я занимаюсь описанием, сразу проекция сразу. а вот не сел бы я сразу за компьютер, а пошел бы на балкон постоять - глядишь и стали бы мы свободнее.

"Как дела?" или как еще круче сделать? с маленькой буквы написать? без знака препинания может быть? .... отпустило.

Все эти записи могли бы быть совсем другими, если бы я не садился их писать всегда с одним и тем же настроением. У многих народов мира есть непереводимые ни на один другой язык термины. И, знаешь, у моего народа тоже есть такие термины; в своих попытках стать как можно более настоящим я практически разучился говорить другими словами. Я искренне удивляюсь и сержусь (внутри внутри), когда кто-то недоволен. Как можно так глубоко прятать в себе это благо? От кого его прятать? Ну не от меня, ну пожалуйста, что я тебе сделал плохого, хоть раз в жизни я тебя даже в мелочах предавал? Не молчи, я же вижу - ты доверяешь мне.
Кто ты?
Как я рад, что наконец-то снова могу задать этот вопрос, и уже горло не сжимают эти странные веревки, растущие изнутри меня. Летом 2008 года я чувствовал тоже самое, а потом перестал. Какой кайф дождаться и уже забыть о том, каким было сложным это ожидание. Мне даже не пришлось ничего делать, просто терпеть и сохранять фокусировку зрения на отдельных предметах.
Задай себе вопрос, зачем ты это читаешь. Я уже вообще еще тебе безразличен. Да брось, не цепляйся за прошлое и будущее, или за несуществующее настоящее. Безразличен.
Да что я?.. Ты подумай, а небезразлично ли тебе хоть что-то? Волнует ли тебя хоть одна вещь? Есть ли снаружи твоей кожи аспект, который тебе важен?

Аха! Вспомнил как я бежал по дороге, и сворачивал в дворы или к гаражам, чтобы отлить. Я познавал так мир, географию. Как я люблю это всё. Обязательно еще почувствую это всё. Это всё - это всё.

Зачем ты читаешь? Я хотел бы, чтобы тебе была дана возможность слышать мой голос. Мой безразличный тебе голос.
Может казаться, что я тут плакаю. Фуфф, ну такая блять свобода! Как я хочу чтобы всё шло своим чередом, чтобы всё продолжалось, чтобы путь наружу с этого *** был так интересен.

Есть ли хоть что-то, что важно для тебя? Кроме себя.

Я не сетую на то, что твои глаза удивлены, а рот всё так же сложен в полупрезрении-полумести.
Кто ты?

Это запись номер 69! Вперед, проснувшиеся! Winter is off! Ты классная!

Это произошло в результате перманентных нервных напряжений, из-за эмоционального и физического перенапряжения, это произошло по причине всего, что было. Моё пищеварение было легендарным всю вторую половину 2008 года. Результатом чего оно стало? Медицинское лето ли, крыша ли дома на Тверской, зеленые ли яблоки на дорожку? "Я поднимаюсь вверх по изгибам забора, как молодой вьюн."
Стормозил ли я в свое время, или это природа заставила меня написать на подлокотнике лавочки главу главного, пожалуй, урока, который я усвоил (?) на моем пути до метро, такого сладкого пути до метро. Губы всегда в таком идеальном состоянии на этом пути к метро, уголки их всегда чуть приподняты, и смотреть в глаза людям так просто, и отвечать на "закурить не будет?" так приятно. Спасибо, что ли, за все эти мои прогулки, спасибо за то, что я мог сомневаться, за то, что я мог всё делать предельно медленно. I take it slow becouse I have time.
Наверное, всё же я стормозил, ведь природа так явно давала мне понять - "не рыпаться, казлина, всё уже решили за тебя, ты вкушай!". И я вкушал: то грязный лёд вперемешку с песком, то сдобные сердечки в сахарной пудре.

И я не извиняюсь - я никогда не знал, чего хотел, и лишь потому сделал многое из того, за что кому-то другому было бы стыдно. А мне приятно. И я повторяю "спасибо", в том числе за то, что я чувствовал себя самым сильным из всех, кого знаю. Не исключаю, что так оно и было. И непременно спасибо за снисхождение. Да у меня хорошие гены, и это, как правило, такая печать на всю жизнь. Вытерпеть такое количество "умных" литературно-выраженных оскорблений мало кто способен. Я часто оскорбляю. Потому что есть за что? Ахаха, нет, нет, нет, нет. Потому что как-то мне указали на ошибку и я принял и исправил. С тех пор я почему-то решил, что все работают над вычислением того, что не так. Над отстоем внутри и снаружи. Выброси мусор.

Спасибо за время и за то, что оно было потрачено на то, чтобы я в итоге вспомнил об этом и написал здесь.
Спасибо за то, что ты выполняешь мою просьбу, о которой и не помнишь, наверное.

Но особенное несоизмеримо огромное спасибо за песни, которые пока еще никто не слышал. Часто ли бывает, что ты слышишь песню и думаешь "она про меня"? Если у меня дойдут руки, то не надо будет представлять, претворяться, что они о тебе. Они будут только и исключительно о тебе.

Сложно-сочинённые предложения о прошлом, которое никуда не прошло. Это потухший и зажженный вновь факел.

Можно было бы привести в пример еще что-то, но случайным решением я сделаю так. Найди трактат о страхе и о том, куда он уходит, написанный ровно за год до того, как я отнес компьютер в мастерскую. Кто-то написал мне, а я решил ответить только на противоположный праздник.
Представляешь, какой на самом деле мир, если мои слова и правда что-то значат?

В том трактате я упомянул то, что может и мало имеет значение для тех людей, которые сейчас наши тела за ниточки дергают, но... ты же чувствуешь этот запах на улице, и это волнение внутри? Что-то должно произойти. Мы так долго ждали, я вот лично потолок разглядывал часами, чтобы найти на нем признаки, микрочастицы этого сладкого присутствия под ним счастливых людей. Охренеть, счастливых! И это ведь правда! Ты могла и лгать, история могла быть вообще не такой, вдруг мы что-то придумали? Но, нет, я знаю тебя, я думаю, что еще знаю тебя.

Мне небезразлично всё, что со мной было. Врубос? Я мог бы притвориться, что не помню того, молодого себя, в трусах ДоРэМи за 40 рублей с крытого рынка у нас тут, но я помню. Я не то чтобы помню.
Я - это вообще он.

Он ехал в поезде, и прямо рядом с собой видел совершенное творение. И раз он - это я, то мне невероятно повезло, что я мог не просто видеть совершенство, но еще и обнять его.

С 8-м марта тебя.